Книги и чудеса в Культурном центре ЗИЛ

Голос Омара

Кадриль-с-Омаром Гость эфира вс, 2 апреля

В восточном экспрессе без перемен

Додо Magic Bookroom (2017)

ISBN:
978-5-905-40912-7

Купить 315 Руб.

Запойные читатели, дуэтом, о свободе и цементном якоре

"В Восточном экспрессе без перемен", Магнус Миллз

В нашей рубрике "Кадриль с Омаром" — сразу два наших постоянных читателя: Люба Яковлева и Катя Романенко, о свежеопубликованном "В Восточном экспрессе без перемен" Магнуса Миллза. "Голос Омара" уже дважды докладывал об этой книге до ее выхода, а теперь наконец завзятые читатели делятся своими впечатлениями.


Люба Яковлева:

Дневной переход, и с книгой покончено — быстро, легко, спокойно, с одним лишь звучным всплеском.
Он длится миг.
А до и после — засасывает, засасывает, засасывает.

После пришло — роман об атрофии внутреннего голоса, а вместе с ним и смысла.
Не знаю, кто как устроен, допускаю, что мы, люди, человеки, — все разные, но у меня внутри происходит постоянное вопрошание: "где я? что со мной? почему я здесь? что я хочу? а чего не хочу? что я чувствую?". Может, и тяжко, и трудоёмко, и нудно постоянно сверять себя с реальностью, но возвращусь к оговорке: все мы — разные, я — такая. А герой — другой.

В монотонном повествовании от первого лица не звучит этот голос, не существует "я–осознающее".
Поток. Да, поток действий — упорядоченных и заданных внешней волей.
Герой принимает, соглашается и соглашается, и соглашается и отдаёт всё больше и больше свободы. И тут вопрос: а была ли свобода вообще предусмотрена в реальности романа, умело слепленного, шаржирующего, отображающего и воспроизводящего собственно реальность первого порядка? И продолжение вопроса: а в нашей реальности первого порядка свобода-то есть, наличествует?

Герой приезжает летом в озёрный край, живёт в палатке на берегу какое-то время — неделю-две, надеясь уехать скоро-скоро в путешествие на Восток — в Индию, берётся помочь хозяину кемпинга, где разбит его лагерь, ходит пить пиво по вечерам в паб, живёт и дышит полной грудью, а дальше он всё больше должен хозяину работы, а дальше — недели уже месяцы, и вот Рождество, а дальше...
Герой действует — он трудится, он не трутень. Он делает многое.
Но делает ли он? Или делают им? У героя отнята (сразу или постепенно) субъектность, он — единица силы, даже не лошадиной, но таки на что-то годный. Пусть живёт. Пусть приносит пользу. Как все в этом прекрасном озёрном краю.

Страшно. Поразительно. И страшно.
Обыденно страшно.

Миллз рассказал ещё раз про ужас экзистенции, лишённой осознания самоё себя, цели и смысла.
Про этот ужас можно найти много у кого ещё, даже перечислять не стану, но чаще всего в текстах будет слышен надрыв и несогласие, вопль душ, стремящихся вырваться, а в тексте Миллза и такого нет. Сплошная благость и умиротворение.
Потому-то и не отпускает текст.

Так и живём. Обыденно и просто. Не задавая вопросы...

(NB. Ирония, конечно, в том, что войти в поток, остановить "внутренний голос", отпустить себя, отказаться от желаний, не размышлять и не оценивать, а действовать — это новые ценности. Относительно новые, относительно. Но да, это предмет желания многих, стремящихся усовершенствовать себя, изменить своё место в мире. Ну вот да, подобный подход на практике может и в такое оборачиваться. Что воля, что не воля. Лишь бы дело.
Понятно, что разница есть, но в этом месте скользко и тонко, и рвётся.)

Катя Романенко:

Я наконец наложила руки на книги Скрытого золота XX века  —  и начала со свежевышедшего Миллза. Так и оставшийся безымянным герой отдыхает где-то в глуши и по доброте душевной помогает окружающим то с одним, то с другим  —  и скоро обнаруживает, что стал местным молочником и перестал мечтать о поезде в Индию. Вердикт: обязательная книга для всех, кому неловко заговаривать о деньгах, неудобно отказывать и несложно сделать, когда просят. Мы с вами, друзья, кончим мороженщиками в ёбаном нигде, и хорошо ещё, если не на дне озера с бетонным якорем на шее.